Особой экстремальностью отличался 1879 г. В Англии, Франции, Западной и Средней России летом стояло продолжительное ненастье. За дождливым летом рано настали холода. «Декабрь 1879 года отли­чался такой низкой температурой в Средней Европе, — писал А. И. Воейков, — что ничего подобного не наблюдали со знаменитого дека­бря 1788 года. Особенно холодно было в Швейцарии, Восточной Фран­ции, Южной Германии, в Альпийских областях Австрии и на юго-западе России. В то время как в этих местностях морозы достигали —20°, в северной части России и Северной Швеции стояли нулевые тем­пературы» (206, 415).

Неурожаи в России в это время отмечались из года в год и, по приз­нанию правительственных источников, истощили «средства населения и вызвали значительные стеснения в продовольствии» (ЦГИА, ф. 1282, оп. 3, д. 24, л. 15). По причине сильного недорода 1880 г. при МВД была учреждена временная комиссия по урожайной статистике.

80-е гг. отличались теплыми зимами. Особенно теплым был январь 1882 г. в Петербурге, где среднемесячная температура составляла всего минус 1° — 4. Лето было засушливым. Следующий год также отличался бездожлием и был, по словам А. И. Воейкова, самым теп­лым за все десятилетие. Особенно сильный неурожай отмечен на юго-востоке Европейской России. Примечательно, что только в одной Воронежской губернии градобитиями было истреблено более 24 тыс. десятин посевов, а на Украине град уничтожил хлеба и травы на более чем 1,5 млн руб. Отмечено много бурь и особенно землетрясений. По словам А. Орлова и И. Мушкетова, «1883 год представляет выдающу­юся эпоху в истории нашей планеты по отношению к сейсмическим и вулканическим явлениям... Всего на земном шаре было зарегистриро­вано 353 землетрясения». Зима 1883/84 г. была довольно теплой во всей России, но особенно теплой в Прибалтийском крае, в Петербурге и Сибири. Лето было засушливым и в России и в Западной Европе. Отмечались опустошительные градобития, причинившие убыток на 4 млн руб. Неурожай постиг северо-запад и Поволжье, особенно Каза­нскую губернию, где отмечена эпидемия голодного тифа, вызванная употреблением некачественных заменителей хлеба.

Исключительно сильной была засуха в 1885 г., подробные сведения о которой по инициативе А. И. Воейкова собрала метеорологическая комиссия Русского географического общества. На юге России степь представляла собой вид голой земли без растительности. Особенно мало дождей и сильный зной были в Новороссийском крае. Сухие юго-восточные ветры, по словам А. И. Воейкова, «довершили опустоше­ние». Между тем засуха на северо-западе, начавшаяся весной, в сере­дине лета сменилась непрерывными дождями, которые продолжались до октября. Хлеба местами не дозрели, местами проросли в снопах, а местами осыпались, оставаясь неубранными до ноября. В Курляндии реки вышли из берегов, затопив поля и луга. Вода уносила хлеба и сено. Повышенная увлажненность отмечалась и следующим летом. По сообщениям «Правительственного вестника», из-за сильных дождей в августе проросли хлеба в Тамбовской, Симбирской, Пермской, Костромской губерниях. Не убиралась из-за засухи пшеница на Полтавщине. Но в целом но стране сбор хлеба был более чем удовлетвори­тельный.

В 1887 г. был собран максимальный урожай ржи, хотя в одних местах летние дожди (Прибалтика и север России), а в других — засуха (Крым, Астрахань, Бессарабия) неблагоприятно сказались на урожае. Более ощутимый ущерб посевам и травам нанесли дожди, которые начались в период цветения хлебов и вместе с утренниками и замороз­ками повредили посевы в северных, северо-восточных и подмосковных губерниях. Сильные дожди в тех же местностях прошли с 30 июля по 12 августа. Рожь полегла и проросла. Градобития и ранние морозы довер­шили опустошение полей не только в России, но и в Западной Европе, где имел место недобор хлеба. Особенно пострадала Испания, где в результате летних наводнений была уничтожена большая часть уро­жая и разрушено много домов.

Самый плохой урожай ржи в исследуемом десятилетии на юго-западе и северо-востоке России приходится на 1889 г. В черноземных губерниях в августе — сентябре шли непрерывные дожди, от которых проросло от 50 до 70% гречихи и проса. В Новороссии и на юге Украины стояла сильная засуха. Осень в большинстве мест была дож­дливая, необычайно рано ударили морозы. «Нынешней холодной зиме (1889—1890), — писал А. И. Воейков, — предшествовало очень холод­ное лето, а 1887 и 1888 годы были также холодны, то иные уже поторо­пились заключить, что мы идем к сильному охлаждению и к нам чуть ли не возвращается ледниковый период».

На протяжении исследуемого нами тысячелетия из века в век в начале 90-х гг. Россия страдала от засух. Не явилось счастливым исключением и XIX столетие. 1891 год принадлежит к числу самых голодных лет второй половины XIX в. Причиной почти повсеместного голода была в первую очередь засуха. Но вместе с тем необходимо принимать во внимание, что на урожайности сказалась многообразная совокупность неблагоприятных природных явлений.

Зима 1890/91 г. была повсеместно многоснежной. Бури и метели начались во второй половине декабря 1890 — первой половине января 1891 г. «Метели в связи с обильными снегами весьма губительно отоз­вались на наших путях сообщения, преимущественно на юге, — отме­чал «Метеорологический вестник». — Харьков был в течение несколь­ких дней отрезан от всех окрестных городов; это было после Креще­ния (6 января), во время ярмарки, привлекающей в этот город массы торгового люда со всех концов России. На Лозово-Севастопольской железной дороге заметало товарные поезда совсем так, что они, гово­рят, скрывались под снегом. Стенки траншей, прокопанных на Азов­ской дороге для пропуска поездов, поднимались на 2 сажени, и слой снега достигал уровня телеграфных проводов. Убытки железных дорог России составили 570 тыс. рублей».

Бедствия от метелей имели место в Туркестанском крае, Австрии, Венгрии, Чехословакии, Германии, Алжире. За исключением Петер­бургской, Архангельской, Олонецкой губерний и Финляндии, темпера­тура конца декабря — начала января была значительно ниже нормы. В Московской, Псковской, Тверской и в восточных губерниях отмечена температура ниже 30°. При этом холод охватил все северное полуша­рие — от Мадрида (—7,5°), Рима (—5°) и Парижа (—13°) до Томска (—40,4°) и от Барнаула (-39,4°) до Сахалина (—34,9°). «Тягость зимы в Западной Европе усиливалась небывалою устойчивостью холодов. В Англии столь продолжительных холодов не бывало с 1813 года», — писал А. И. Воейков.

В марте 1891 г. количество осадков было ненормально велико в Прибалтике. На юге России их было очень мало.

Апрельские заморозки повредили всходы пшеницы и ржи в Тамбов­ской губернии. «В Воронеже рост хлебов остановился, местами пше­ница начала блекнуть, пропадать, рожь тоже страдала от холода и морозов... Недостаточно корма для скота. В поле хоть не гоняй. Взять нечего», — сообщал «Метеорологический вестник» (1891, с. 262).

Сухая весна отмечена на северо-западе, в центре и Поволжье. В мае имели место заморозки в центральных губерниях.

В мае же началась засуха на юге России. По сведениям Министер­ства финансов, «вследствие зимних морозов и весенних заморозков озимая пшеница совершенно погибла или сильно повреждена во мно­гих местностях южных черноземных губерний, так что пересеяна яро­выми. Рожь сильно повреждена в привисленских губерниях... Пшеница сильно повреждена во всей средней и северной черноземной полосе, начиная с Казанской, кончая Харьковской губернией».

По сведениям МВД, озимые особенно пострадали в губерниях Самарской и Саратовской — от заморозков, в Тверской, Калужской, Курской, Киевской — от засухи, в Смоленской, Владимирской, Харь­ковской, Вятской, Пермской — от сухой холодной погоды, причем во многих местах озимые поля пришлось перепахивать под яровые.

В июне имел место возврат холодов. Снег выпал на всем севере, а также в Вышнем Волочке, Ярославле, Липецке, Козлове, Виленской, Новгородской, Вятской губерниях. 1 июня мороз в Одессе повредил картофель и овощи. Необычайные ливни отмечены на юге России. Волга, Дон и Днепр обмелели. В районе Астрахани появилась саранча, а в районе Мурома — гусеницы.

Резкое понижение температуры отмечалось в начале июля. Необы­чайная жара в Испании. Засуха охватила центральные, восточные и юго-восточные губернии (осадков выпало в 3 раза меньше нормы). Она продолжалась и в августе. 18 августа первый мороз отмечен в Калязине, а 15 сентября — в Саратове.

«В губерниях южных степных, юго-западных и средних чернозем­ных с присоединением Черниговской и Курской, а также южных поло­вин губерний Саратовской и Самарской озимые всходы к середине ноября находились в неудовлетворительном состоянии. Ранние озими взошли, а затем почти всюду сильно пострадали от засухи, поздние же не успели распуститься и пошли в зиму слабыми или совершенно не всходили, причем часть озимых полей осталась незасеянной», — писал «Метеорологический вестник».

Такова картина экстремальных природных явлений в тяжелый голодный 1891 г.

На 1 февраля 1892 г., по сообщению «Метеорологического вестни­ка», на продовольствие и обсеменение полей в 17 неурожайных губер­ниях казной было отпущено 123 020 500 руб.... Многие спекулянты хлебом очень поправили свои пошатнувшиеся было дела, другие из мелких торгашей перешли в разряд крупных купцов, наконец, некото­рые просто приумножили свои и без того обильные достатки.

В сборе средств для голодающих Поволжья и других губерний Рос­сии принимали участие Л. Н. Толстой, А. П. Чехов, В. Г. Короленко и многие другие выдающиеся деятели русской культуры и науки.

В начале апреля 1892 г. поздние холода отмечены в России и Запад­ной Европе. В Швейцарии выпал такой снег, какого не помнят. Во Франции и Испании пострадали виноградники и посевы. От мороза и снега в Англии погибли всходы картофеля. 27 апреля в Киеве выпал град величиной с лесной орех. В районе Ковно выпала атмосферная пыль. В Бердянском уезде пыльными бурями уничтожено 60 тыс. деся­тин хлеба. «Вид опустошенных полей производит удручающее впечат­ление, глаз не встречает нигде растущей былинки: все изсушено, выр­вано и унесено беспощадным ветром», — отмечал «Метеорологиче­ский вестник» (1892, с. 422). Пыльные бури отмечены и в районе Ростова-на-Дону. Сильные бури, в том числе пыльные, в мае имели место в Рязанской, Тамбовской, Воронежской, Саратовской и Таври­ческой губерниях. 1 мая в районе Мелитополя «подул жгучий ветер. Наступила мгла, и пыль засыпала глаза, ветер рвал крыши». Буря про­должалась 5 дней и причинила много убытков: огромные площади посевов выдуло, засыпало или пожгло. Атмосферная пыль была отме­чена во многих местах России — от Одессы до Вильно, Петербурга, Ярославля.

В начале июня отмечались заморозки и снегопады в северной части России. Местами были повреждены сады и посевы. Дождливое лето выдалось в Прибалтике, северных и западных губерниях. Земля пропи­талась влагой настолько, что «корни растений начали подгнивать». Из Великих Лук сообщали, что старожилы давно не помнят такого сырого и холодного лета.

Весной засуха охватила юг России. Засуха была и осенью, с 24 августа по 7 октября. В середине октября 1892 г. отмечена сильная гололедица в районе Нижнего Новгорода. Погибло много деревьев. Пострадали телеграфные линии. В декабре начались «чрезвычайные холода». «Нынешняя зима, — писал А. И. Воейков, — особенно заме­чательна длинным рядом непрерывно холодных дней». Бури и сне­жные метели свирепствовали на юге России. Штормами разбило несколько судов на Черном море. Необычайные моры отмечались и в Европе.

«В прежние зимы Константинополь, — отмечал «Метеорологиче­ский вестник» (1893, с. 66), — видел снег лишь в течение нескольких часов, а теперь снег лежит по целым неделям. Со времени Крымской войны не только земля, но и вода не замерзали в Константинополе. Теперь же Золотой Рог... покрыт таким толстым слоем льда, что по нему можно пройти с одного берега на другой». В Болгарии целые поселения были засыпаны снегом. В районе Будапешта замерз Дунай.

Весна в России выдалась холодной и затяжной. Сеяли яровые очень поздно. В мае бурные ветры испортили и отчасти уничтожили в Бер­дянском уезде до десяти тысяч десятин озимых и яровых посевов. Воз­врат холодов в мае (заморозки) задержал рост трав, «пострадали сады, огороды».

В декабре 1892 г. на большей части России установились сильные морозы. Особенно низкой температурой отличался январь 1893 г. «В обширной полосе между 50—57° с. ш. от Прусской границы до Байкала это был сильный холодный месяц, до сих пор не наблюдавшийся». Фев­раль был самым холодным за последние 15 лет. «Это, — писал А. И. Воейков, — было довершение необычайно холодной зимы этого года... Причину холодов нынешней зимы многие... приписывали оста­новке или охлаждению Гольфстрима. В действительности, жестокость зимы не имела ничего общего с ослаблением или прекращением Гольфстрима. Распределение давления и ветров было таково, что теп­лый и влажный воздух с этого течения не попадал к нам» (203, 151— 152).

В июне 1893 г. на севере и северо-западе было сравнительно мало осадков. Засуха отмечалась в Литве. В Новгороде весенняя сухость продолжалась до 26 июня, почва на нолях, лугах, даже на городском валу дала многочисленные трещины, иные в ладонь шириной. «На полях земля затвердела... Около Хутыни (в 10 верстах от Новгорода) овсы совсем не взошли». Засуха в конце июня сменилась непрерыв­ными трехнедельными дождями, причинившими много хлопот сель­скому хозяйству, в том числе в Подольской, Харьковской, Орловской, Саратовской губерниях. На северо-востоке от Москвы лето было засушливое. Во многих местах имели место градобития. В начале августа заморозки отмечались на территории от Боровичей до Симфе­рополя. От инея в Уфимской губернии погибли хлеба, гречиха, просо, картофель, огурцы, горох. На юго-западе от дождей проросли хлеба. Наводнения наблюдались в Галиции и Венгрии, в некоторых местно­стях паводком были снесены посевы. В сентябре во время страшного шторма в Финском заливе погиб броненосец «Русалка». Сильные бури в октябре, в особенности на Черном море.

Засуха весной и в начале лета «оказала грозное действие на уро­жай» в Германии. «Не только рожь, пшеница и кормовые травы выж­жены до корней, но даже картофель не уродился, а свекловица во мно­гих случаях даже всходу не дала». В августе стояла жара в Англии, Франции, Испании. В сентябре ужасные бури пронеслись над Испани­ей. В то лето погибло 5р человек. 800 семейств остались без крова. Раз­рушено много мостов, железнодорожных линий и т. п. Жестокие штормы в ноябре. Погибло много кораблей и лодок от Англии до Сре­диземного моря. '< Полагают, что число погибших должно считаться многими сотнями... Подобной бури не было более 50 лет», — сообщал «Метеорологический вестник».

В январе 1894 г. отмечались сильные морозы на юго-востоке Евро­пейской России. «Азовское море замерзло сплошь». В феврале часто наблюдались и метели. Зима в целом «была сиротской, малоснежной». В конце мая имел место возврат холодов. В июне необычайные дожди шли в Подольской губернии и на юге России. 21 июня в Череповце выпал снег. Одновременно выпал снег в Пошехонье («старожилы не запомнят ничего подобного»).

«Дожди и заморозки не дали некоторым хозяевам выкопать карто­фель, который так и пропал в поле», — сообщал «Метеорологический вестник». Особенно пострадало население Псковской губернии. По словам официальных источников, «значительный недород хлебов, который в связи с неурожаями в течение ряда предшествовавших лет отразился крайне неблагоприятно на экономическом положении мест­ного населения».

В России 8—11 декабря 1894 г. отмечалась сильная волна холода с морозами до 41,5° (Чердынь), 44,4° (Ирбит). В Томске 24 (12) декабря была отмечена температура минус 45,9°.

Густая серая завеса тумана висела над Англией и юго-западом Рос­сии в начале декабря. В Новороссийском крае осенью 1894 г. отмечено нашествие мышей, которые во многих местах выели хлеба совершен­но.

На юге России отмечалась мягкая зима. Погода в январе напоми­нала март. Шли местами дожди. В Западной Европе в феврале стояли сильные холода, особенно в Италии и на юге Франции. «Канны, Ниц­ца, Сан-Рафаэль покрыты снегом» (Мет. вестн., 1895, с. 29—35). В Англии от морозов погибло несколько десятков человек.

Поздняя холодная весна охватила Центральную Россию. Весенняя засуха и пыльные бури зарегистрированы на юге России. Имели место возвраты холодов («ночные заморозы»). Выпрело около 30% озимей.

Холода распространились на Западную Европу 17—18 мая 1895 г. На северо-западе и в центре России отмечены заморожи в конце мая, побившие цвет на яблонях и всходы овощей. Возвраты холодов имели место и в июне. Майская засуха «тяжело отозвалась на растительно­сти». Небывалое половодье отмечено на Оке, Волге и Днепре. Засуха, охватившая территорию от Курска до Крыма, началась весной и про­должалась еще в июле. На западе и северо-западе шли сильные дожди, которые мешали сенокосу и уборке хлебов. На юге «земля сильно рас­трескалась от засухи», отмечалась мгла.

В 1896 г. стояло необычайно жаркое лето в Петербурге, особенно в первую и вторую декады июня. Столь же теплым было лето 1774 г.

Осенняя засуха в конце августа и сентябре в восточных, южных и центральных губерниях задержала сев озимых. Погода в сентябре была необычайно теплой.

Урожай не особенно удовлетворительный. Засуха продолжалась и в октябре, за исключением северо-запада и северо-востока. «Такой сухой осени не запомнят, все болота высохли», — писали газеты. В Петербурге вместе со снегом выпали «миллиарды каких-то мелких скачущих насекомых, похожих на блоху». О необычайных дождях сообщали из Италии. В феврале сильные снежные бури сменялись вол­нами холода и тепла. Ранняя весна отмечалась на юго-западе России. В марте было зафиксировано 97 известий об отдельных явлениях кругов, венцов, столбов около Солнца и Луны. Необычайно теплым был апрель. На юге сильные ветры местами выдули посевы, и там приш­лось перепахивать поля. В середине апреля морозы обрушились на Кавказ и нанесли ущерб садам.

С 1743 г. в Петербурге не наблюдалось столь теплого мая. Темпера­туры превысили наивысшие средние за 155-летний период наблюде­ний. 18 мая в Тверской губернии начала колоситься рожь. Вместе с тем морозы в окрестностях Парижа в мае наполовину уничтожили урожай. Одновременно отмечалась снежная буря в Гамбурге и других местно­стях Западной Европы. Дожди шли на юге России, включая Кавказ. Сильный ливень в Прибалтике вызвал Бокенгофскую железнодорож­ную катастрофу, в результате которой погибло 45 человек, 99 полу­чили тяжелые ранения (воинский поезд). Засеянные яровые и поса­женный картофель были вымыты водой. Засуха охватила территорию от Петербурга до Курска, Калуги, Воронежа, Уфы, Баку.

Необычайный град в Лондоне отмечен в апреле. В июне — июле засуха охватила Петербургскую, Псковскую, Тверскую, Московскую, Орловскую, Казанскую, Уфимскую губернии, Прибалтику, Черно­морское побережье Кавказа. В то же время на юго-западе шли обиль­ные дожди. Местами, как сообщали газеты, был настоящий потоп. Ливни и градобития отмечены в Крыму, на Кавказе, в Бессарабии.

В Болгарии в начале лета выпали сильные дожди. В Румынии и Сербии реки вышли из берегов. Бури и град на юге и в центре Франции причинили огромный материальный ущерб. В конце июня в Париже установилась жара, подобная такой, какая наблюдалась в 1731, 1764, 1841 гг.

В России от июльской засухи рожь осыпалась на корню. Местами горели хлеба, зерно у яровых не успело налиться. Засохла ботва у кар­тофеля. Начался падеж скота. Лесные пожары охватили Карелию, Тверскую, Владимирскую, Московскую губернии. Возгорание торфя­ников имело место в Вологодской, Пермской, Владимирской, Нижего­родской губерниях.

Метеоролог Б. И. Срезневский отмечал в «Метеорологическом вестнике», «что «засуха составляет ныне бедствие целой России... а последствия ее так плачевны, что скажутся на целом годе. Во многих местах уже наступила бескормица, в воспоминании встает грозный призрак голодного 1891 года, и паника овладевает населением».

Неурожай охватил 18 губерний, которые были большей частью «постигнуты голодом» в 1891 г. и «неуспевшие от него оправиться» (а именно Воронежская, Калужская, Курская, Орловская, Пензенская, Рязанская, Самарская, Саратовская, Симбирская, Тамбовская, Туль­ская и Астраханская, а также отчасти Нижегородская, Казанская, Уфимская, Пермская, Ставропольская и Оренбургская).

По газетным сообщениям, в декабре 1897 г. холода и сухость наб­людались в Тифлисе и на Кубани. В конце месяца «много раз морозы сменялись сильными оттепелями, и наоборот». В январе и феврале 1898 г. сохранилась переменчивая погода. Многочисленные бури, осо­бенно сильные на Черном море, наделали «немало бед». В марте суро­вые снега отмечены в Закавказье и Южной России.

В апреле на юге имели место засуха и холод. От возвратов холода на Кавказе «пала масса скота». По Харьковской губернии сообщали о необычайной «дороговизне по деревням на хлеб, сено и овес».

Продолжительная сухая весна, а затем упорная, с сильными жарами засуха, господствовавшая в течение всего лета на северо-востоке, при­вели к тому, что хлеба и травы были совершенно выжжены солнцем и пропали в губерниях Поволжья и Прикамья.

Пострадало от неурожая 18 губерний, из них в Вятской, Казанской, Пермской, Самарской, Саратовской, Симбирской, Уфимской имел место сильный недород. В меньшей степени пострадали Воронежская, Калужская, Курская, Нижегородская, Оренбургская. Орловская. Пен­зенская, Рязанская, Ставропольская, Тамбовская и Тульская губернии.

Зима 1898/99 г. отличалась теплой сухой погодой на юго-западе Рос­сии, что привело к гибели значительных площадей озимых посевов и к неурожаю. При этом полоса тепла в декабре 1898 — январе 1899 г. охватывала огромные пространства от Лондона до Сахалина. Напро­тив, на севере Европы, включая Архангельский Север и Скандинавию, с декабря по апрель стояли сильные морозы. Внимание исследователей того времени привлекли грандиозность и постоянство экстремальных явлений, охвативших в эту зиму «миллионы квадратных верст».

На северо-западе и в центре России стояло дождливое лето и дож­дливая осень. Засушливая осень отмечалась на юго-западе, включая Крым, Бессарабию и некоторые районы Херсонской губернии.

Недород охватил Уфимскую, Таврическую, Казанскую губернии и в меньшей степени Бессарабскую, Вятскую, Нижегородскую, Перм­скую, Самарскую, Саратовскую, Симбирскую и Тульскую губернии.

В декабре 1899 г., как отмечено в «Метеорологическом вестнике», имела место огромная «термическая аномалия», охватывающая ночти всю Россию и отличающаяся «холодами замечательного распростране­ния». Необычайно холодный ноябрь зафиксирован в Западной Европе, где температура неоднократно понижалась до минус 20°. Отмечены бури в Гурьеве, Батуми, Одессе, Севастополе, Ялте, Новороссийске. Особо страшные бедствия были причинены на Черном море штормом 17—20 декабря.

Необычайные холода наступили в январе 1900 г. В феврале отмеча­лось «многоснежье» в большей части Европейской России, страшные морозы стояли в Закаспийском крае и Ташкенте.

Поздняя холодная весна отмечалась в Западной Европе и России. Рост трав и развитие посева сдерживали сначала холода, затем бездождие.

Летом засуха охватила отдельные местности от Твери до Ростова-на-Дону и Ялты. Горели торфяные болота и леса. Засуха имела место в Сибири (Иркутская и Забайкальская области). Жара отмечалась во Франции, Бельгии, Англии и США.

Осенью 1900 г. была засуха, которая неблагоприятно отразилась в 1901 г. на состоянии посевов озимых в Тамбовской, Воронежской, Саратовской губерниях.

«Начало текущей зимы до половины декабря отмечалось по всей Европейской России высокой температурой», — писал «Метеорологи­ческий вестник». — В январе и феврале часто отмечались оттепели».

В июне 1901 г. стояла жара в Костромской, Вятской, Казанской губерниях, Донской области.

В июле 1901 г. повсеместно, кроме восточных и юго-восточных губерний, господствовала необычайно устойчивая жаркая погода. Осо­бенно теплой она была на западе и северо-западе России.

Плохой урожай был не только в Европейской России, но и в Сиби­ри, где стояла засуха и страшная жара. «Опять голод! — писал В. И. Ленин в 1901 году. — Не одно только разорение, а прямое вымирание русского крестьянства идет в последнее десятилетие с поразительной быстротой, и, вероятно, ни одна война, как бы продолжительна и упорна она ни была, не уносила такой массы жертв» (142, 5, 297).

В той же работе В. И. Ленин подчеркивал, что «голод стал у нас явлением обычным» (там же).

Итак, 1900—1901 гг. заканчивают тысячелетний ряд необычайных природных явлений, зафиксированных в русских исторических источ­никах X—XIX вв. При этом необходимо отметить, что начиная с сере­дины XVIII в. отечественные геофизики все чаще и чаще обращались к изучению климатических экстремумов не только ближайшего време­ни, но и далекого прошлого... Исторические данные о необычайных природных явлениях привлекались М. В. Ломоносовым, Г. В. Крафтом, А. Я. Купфером, К. С. Веселовским, Г. И. Вильдом, М. Р. Рыкачёвым, А. И. Воейковым при исследовании необычайно холодных зим, засух, градобитий, бурь, наводнений, возвратов холодов. Эти исторические сведения усиливали значимость и надежность инструмен­тальных наблюдений над природными феноменами.